Птицы иных горизонтов

{"root":{"type":"root","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Ещё во времена правления династии Мин на одном известном острове, стоял маленький, но красивый зáмок из белого камня, затмевающий своими причудливыми башенками, архитектурные красоты соседей. Главным достоянием его, становились не удивительные полотна, гордо реющие на стенах донжона, не огромный, размером с глотку кита, подъёмный мост, и даже не коньки зданий, выполненные в виде божественных духов — главным достоянием являлся купол обсерватории, откуда подобно игле, показывался тончайший телескоп.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Этот телескоп, — рассказывал хозяин замка, — он привёз из поездки на далёкий материк, где жители читают судьбу по звёздам, предсказывают погоду по облакам, и могут танцами вызывать дожди. Среди них много мудрецов, способных общаться с духами погибших, и ещё больше пророков, вещающих о грядущих несчастьях; каждый житель того загадочного края наделён уникальными талантами; некоторые из них, невозможно и представить.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Они щедры к путешественникам, но вместе с тем, требовательны. С хозяина взяли слово, что он никому не расскажет, где расположена их благая земля, а чтобы тот оставался верен обещанию, подарили, и обучили пользоваться телескопом; отметив, впрочем, что секреты небес, и таинственные чертоги Космоса, отворятся перед ним, лишь посредством человека, какого они окрестили чтецом; но даже тогда, полный смысл увиденного, возможно будет расшифровать и истолковать, только вернувшись на материк.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Хозяин дал обещание. После этого ему вручили кричащего краснолицего грудничка, с каким он и вернулся в стены родной обители.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"С того дня, миновало семнадцать лет. Маленькая неожиданность в пелёнках, получившая вскоре после появления в замке имя Руми, выросла в высокую шатенку с типичными для восточных женщин чертами лица. Лишь одно отличало её от сверстниц — необъяснимый блеск кожи, особенно заметный по ночам. Днём он мерк под слоем пудры, но все ещё оставался заметным, из-за чего могло показаться, будто Руми осиянная фантастическим сиянием. Из-за этой её особенности, хозяин замка, которого она ласково звала Папенькой, запретил выходить за мост под страхом смерти.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Слуги уже привыкли к тебе, — объяснял Папенька, — и понимают, что ты самое чудесное существо на планете. Но другие этого не знают. Они могут посчитать тебя иной, и сильно обидеть.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Не имея наследников, Папенька относился к Руми, как к родной дочери, и ничего не жалел, чтобы скрасить её пребывания в замке. Для неё выписывались множество наставников разных специальностей, от философов, и лингвистов, до акробатов, и заклинателей пламени. Всё, чтобы разнообразить будни уроками и практиками, не позволяя духу впадать в уныние, а телу, закостенеть в праздных удовольствиях. Он оставался убеждённым, что духовное развитие, так же важно, как здоровье тела, поэтому заполнял время зазнобы физическими тренировками утром, и умственными упражнениями днём. Не столько для того, чтобы взрастить в ней любовь к знаниям, сколько из-за желания реализовать весь потенциал телескопа.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Будучи человеком по натуре требовательным, он ждал от Руми больших результатов, но всё, за что бы она ни бралась, удавалось в лучшем случае сносно. Ни один из наставников не мог назвать её прилежной ученицей, — она засыпала на уроках, изрисовывала свитки закорючками, — однако порой отвечала такими словами, представляла такие гипотезы, что даже у профессоров захватывало дух. Казалось, её устами говорит некто всесильный. Но это случалось редко. Чаще всего, Руми сидела, потупив очи долу, со своим всегда поникшим выражением лица, будто бы огорчённым всеми мирскими суетами, бесконечно уставшему от ежедневного штудирования, и потому такому располагающему к снисхождению.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Нередко, наставники отпускали её за час или два до окончания урочного времени. Тогда она поднималась на вершину одной из башен, где ещё будучи ребёнком, личными усилиями, возвела неприхотливое убежище, нечто сродни шалаша из оставшихся после ремонтных работ брусьев, скреплённых тугими узлами верёвок. Вход укрывала занавешенная ткань, слишком тонкая, чтобы не пропускать лучи заходящего солнца. Чем ниже садилось светило, тем ярче разгоралось тело Руми, сменяя белизну, золотисто-медовым оттенком. Даже волосы становились темнее. И всё существо обретало странную воздушность.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"В такие моменты, она тянулась к солнцу, словно заклиная забрать её с собой, далеко за необъятные горные массивы, как спины гигантов, хранящие за собой другие, такие отличимые от Китая, земли. Об этих великолепных местах, она мечтательно шептала, посылая слова с новым порывом ласкового ветра. Или роптала на несправедливых наставников, и скучные занятия. Как бы повествуя таинственному слушателю, такому же мирскому отщепенцу, сидящему в этот момент где-то далеко-далеко, там, куда проникает ветер, но не проникают смех и улыбки.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми верила в этого таинственного слушателя всем сердцем, пытаясь утешить его, как если бы утешала себя. И ощущала, когда холодный ветер касался её лица, что это Он вздыхает над полученными словами, и плачет, стоит зарядить дождю. В этом зеркальном монологе, она находила утешения души.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Случалось, Папенька звал её пить чай после занятий. Тогда Руми приходила к нему в кабинет, занимая привычное место за маленьким квадратным столом из чёрного дерева, где посередине стоял неизменный фарфоровый чайник расписанный причудливыми узорами, и окружённый разного размера чашечками.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Я горжусь тобой, Руми. — В один из таких вечеров, сказал ей Папенька. — Ты освоила многие предметы, и ещё больше ожидает впереди. Мне лишь остаётся надеяться, что праздность никогда не овладеет тобой, и впредь моя любимая дочь, продолжит совершенствовать разум и тело.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Я непременно займусь этим, Папенька. — Отозвалась Руми.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Она никогда не перечила отцу, ощущая невольное благоговение перед ним.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— К сожалению, — продолжил он, — многие наставники намерены покинуть наш скромный обитель. Я предлагал повысить им жалование, но они отказались.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Почему?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми боялась, что прогневала некоторых из них, или старалась недостаточно усердно.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— По личным обстоятельствам. Это значит, что многие занятий будут отменены. Но обещаю: ты не станешь скучать. Я лично стану проводить уроки ежевечернее.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Услышав о том, что отныне свободные вечера превращаются в личные уроки Папеньки, Руми опешила так сильно, что первые минуты не могла вымолвить ни слова. Ей казалось, будто некий злой рок уже навис над ней, и той нитью, что она провела между собой и таинственным слушателем с одной лишь целью — разлучить их.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Своё разочарование, Руми не выдала ни единым мускулом, но и не выразила удовольствие ни одним словом, посему Папенька, принял её молчание за радость, и назначил занятия уже на следующий вечер.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"В назначенное время, они встретились возле обсерватории. Никогда прежде, Руми не входила внутрь. Когда Папенька отворил массивные украшенные резьбой двери, она первые минуты долго рассматривала длинные вереницы стеллажей с книгами, десятки астролябиев выполненных из различных металлов, подвешенных над рабочим столом, и некие таинственные измерительные приборы, недоступные для её понимания. В центре, располагался телескоп с сужающейся кверху полой трубой, уходящей высоко вверх; внутри неё замечались разноцветные линзы различной величины, имеющие между собой свободное пространство, по которому, как вода в желобе, лучился таинственный свет.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Зрелище надолго лишило Руми дара речи. Она знала, — об этом говорили слуги, и сам Папенька никогда не скрывал, — что внутри обсерватории стоит заморский телескоп, но отчего-то представляла его, как большую подзорную трубу.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Почему ты раньше не показывал его? — С ноткой досады в голосе, вопросила Руми.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Обрадованный интересом дочери, Папенька таинственно произнёс:","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Потому что, ключи от эфира получают на земле. Итак, ты готова?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Готова, но что я должна делать?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Всё уже настроено. Тебе достаточно сесть в это кресло, и посмотреть в окуляр. Однако перед тем как начать, я вынужден взять с тебя слово.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Какое слово, Папенька?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Ты не станешь смотреть на один объект слишком долго. Нескольких минут хватит, чтобы зарисовать или записать находку.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— А если мне захочется вернуться к изучению уже найденного?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Это невозможно. Считай это негласным правилом моих занятий.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми дала слово, что не станет слишком долго изучать один предмет, и поспешила занять место в кресле. Пододвинув окуляр ближе, она прислонила глаз, и сразу зажмурила, ослеплённая калейдоскопом светящийся огней. Словно внутри трубки запустили фейерверк.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Поначалу из-за ослепительного свечения, ничего невозможно было разобрать, однако уже в следующую минуту (кажется Папенька произвёл некоторые манипуляции) на чернильно-тёмном полотне различились тусклая полоса. Это напоминало слежку за рыбой в мутной воде. Чем дольше таинственная полоса плавала в просторе, тем чётче становилась, и вскоре Руми удалось увидеть гребешок будто бы венчающий монструозную голову.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Но слишком долго смотреть  Руми не могла в силу данного обещания. Повернув окуляр несколько левее, и сместив по совету Папеньки рычажок вперёд, она переместилась взглядом на фиолетовый шар, словно подвешенная слива, окруженный крошечными светящимися лодочками, как светлячками.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Ещё один рычажок, и линза увеличила изображение. Теперь Руми могла наблюдать за большим городом, где улицы из тёмного камня, вились между высокими и низкими зданиями, построенными из дерева, металла, бетона, глины и каких-то совершено невозможных строительных материалов. На коньках крыш, и балконах, на площадях, и рынках сновали жуткие создания такие же разные, как и здания в их городе. Одни напоминали пучеглазых карликов с длинными хоботками. Другие представляли собой рогатых детин, своими массивными головами, имеющие родственное сходство с  носорогами. Третьи  являли помесь нескольких зверей сразу. При этом каждый из них, носил на плоти металлические части, словно скрепляющие телесное уродство.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"От чудовищного зрелища, Руми спас рычажок, но уже на другой панели.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Из наполненного пришельцами города, её взгляд переместился на поросшую колючей травой равнину. Там не виделось ни созданий, ни зданий, только едва заметный силуэт в плаще из фиолетового марева, восседающий на отлогом склоне с удручённо опущенной вниз головой. Видом своим, он напоминал одинокого путника потерявшего дорогу, или паломника, ищущего слёзы богини — всеми покинутое существо, неспособное идти за другими, бесконечно одинокое в своих отличиях. Иное.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Образ его всколыхнул в памяти Руми, те вечера, когда она восседала на башне, так же как и он сейчас восседает на горизонте, и рассказывала незримому слушателю свои рассказы. Куда относил их ветер? За какой эфир отправлял? Не туда ли, в страну фиолетового марева, такую далёкую и такую близкую?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"С минуты ничего не происходило, но вот таинственный силуэт запрокинул голову, и Руми открылись его глаза, сверкающие далёкими звёздами. Он смотрел на небо, словно проникая мыслью через тонкую материю эфира, и углубляясь дальше, по невидимым нитям путей, через десятки разноцветных линз и прикасаясь незримой дланью к её щеке.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Но прежде чем это произошло, Руми отпрянула, откинувшись на спинку кресла. Сердце её пронзил страх. Тело задрожало. Казалось, она едва не угодила в пасть крокодила, и уже ощущала, как страшная челюсть, сжимается на её шее.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"На обеспокоенные вопросы Папеньки, Руми ответила расплывчато, заключив, что ей очень понравилось наблюдение за звёздами, чем очень его обрадовала. Первый урок подошёл к концу. Закрыв двери обсерватории, отец с дочерью, разошлись по опочивальням.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Стояла уже глубокая безлунная ночь, но Руми, осиянная фантастическим светом, обходилась без факелов и шаркая по пустым коридором до опочивальни, только и думала, что о странном силуэте в плаще из фиолетового марева. Ей казалось, он коснулся её, и это прикосновение породило между ними нечто глубокое.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Действительно, весь следующий день во время немногочисленных уроков (как и говорил Папенька, бóльшая часть наставников покинула замок, но некоторые из них остались) Руми витала в облаках. Она думала о Нём. О плаще из фиолетового марева, и словно ощущала его на собственных плечах. О далёких звёздах и букашках окруживших фиолетовый плод.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"С большим нетерпением Руми дожидалась вечера, чтобы снова заняться астрономическими наблюдениями. Садится за телескоп одновременно пугало и будоражило её. По телу пробегала приятная предвкушающая дрожь. Как и накануне, вместе с Папенькой они явились в обсерваторию, и повторилось всё то, что происходило ранее.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми видела удивительных существ, скользящих по тёмному холсту космоса, как мальки в пруду; гроздья поражённых заразой камушков, висящих в глубоких космических просторах; и то, что становилось невозможно передать ни словом, ни изображением. Она узрела всё это, но больше не сумела проникнуть взглядом на фиолетовую планету, и узнать, сидит ли ещё на отлогом склоне одинокий путник, или нет. Она вовсе не сумела её найти.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Это очень удручило Руми. И заметив перемену настроения в дочери, — ведь она заходила в обсерваторию преисполненная энтузиазма, а сейчас совершено повесила нос, — Папенька закончил урок раньше.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Попрощавшись с ним до утра, Руми поднялась на башню. Ей хотелось побыть наедине со своей печалью. Забравшись в своё убежище, она подняла взгляд на звёздное небо, протягивая к полной луне руки, и заключая её между пальцев, как могла бы, думалось ей, заключить лицо своего таинственного слушателя. Она заклинала его ответить. Он не отзывался. Ветер молчал.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"На следующей день, она попросила Папеньку дозволения, разобрать сделанный во время наблюдения, записи. Когда дозволение было получено, Руми села за работу, пытаясь получить представление о том, как достучатся до своего таинственного слушателя. Такие мысли и прежде преследовали её, но теперь, уверившись в его существовании, она преисполнилась решимости получить ответ на все свои прежние излияния и роптания, относимые ветром.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Замечая стремления дочери, Папенька отменил все занятия, уступил ей свой кабинет, чтобы ничего не мешало отдаваться исследованиям, а сам направился в обсерваторию, охваченный тревогой и смятение. Ему одновременно хотелось открыть тайны космоса, ради которых долгие семнадцать лет он воспитывал Руми, и вместе с тем страшился потерять какую-то часть её.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Вечером, они встретились в обсерватории, и принялись за работу. Ещё никогда отец и дочь не чувствовали такой сплочённости. Время потеряло счёт. В царившей тишине, изредка раздавались щелчки рычажков, и скольжения грифеля по бумаге.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"В середине ночи, Руми вскрикнула, откинувшись на кресло.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Дитя! — Вскочил Папенька. — Что случилось? Что ты видела?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Я видела!.. — Воскликнула Руми, вся исполненная возбуждения. — Ах, я видела!..","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"На все вопросы Папеньки, Руми отвечала молчанием. Он вырвал бумагу из её рук, и долго разглядывал изображённый на ней профиль, очевидно мужской.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Его поразила страшная догадка.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Милая, кто этот человек?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Я не знаю, Папенька.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Ты видела его через окуляр?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Будто бы да.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Единожды? Отвечай, Руми! Почему ты молчишь?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Потому что не смею лгать. Прости, Папенька!..","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Как поражённый копьём охотника зверь, Папенька издал рычание, отпрянув от телескопа. Его охватило отчаяние и страх. Что теперь будет? Какая опасность нависла над ними? Он принялся расхаживать назад вперёд, ломая руки, и комкая отнятый у дочери лист.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми наблюдала за ним, оцепенев от волнения.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Наконец он остановился, и потребовал, не терпящим возражения тоном, чтобы она немедленно отправлялась ко сну. Руми поспешила удалиться.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Ночью она не могла уснуть, вспоминая фиолетовую комету с лицом её таинственного слушателя — тем самым лицом, какое осталось отпечатком на бумаге, — стремительно летящую в чернильной темноте. Неужели, — задавалась вопросом Руми, — он столь же горячо жаждет встречи? Она уже представляла эти минуты, и теряясь в грёзах, пролежала не смыкая глаз, до первых ударов колокола, призывающих к учёбе.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Занятия прошли быстрее чем обычно, и вечером, исполненная томным предвкушением, Руми явилась в обсерваторию. Папеньки не было. Вокруг царил ужасный бардак: разбросанные по комнате астролябии, порванные книги, оброненные шкафы, и самое страшное — телескоп; панели его, рычажки,  всё несло следы намеренного разрушения.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми застыла не в силах пошевелиться.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Так её обнаружил Папенька.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Кто посмел это сделать, Папенька? — Со вздохом вопросила Руми.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Но он не ответил, только прижал дочь, и обещал, что теперь всё будет хорошо. Если бы Руми была менее наивной, она изобличила бы его в этом жесте, но воспитание в замке, и окружение добрых людей, привило ей доверчивость, и подозревать отца, или ближайших слуг, для неё становилось невозможным.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Половину ночи, отец и дочь провели за уборкой: расставили книги на поднятые полки, собрали астролябии, возвращая их на прежние места. Лишь когда забрезжил рассвет, они безмолвно расстались, охваченные снедающей печалью.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми отправилась в своё убежище, — так раненный зверь ищет укрытие, чтобы вылизать раны, — и забравшись под уютный навес, наблюдала как из спин гигантов, выплывает розовое солнце; как оно окрашивает небосвод, стирая черноту уходящую ночи, как бы обновляет его для своего царствования.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"В этот момент, что-то блеснуло на небе. Стремительно стрелой оно снисходило ниже, кружась в воздухе, как воздушный змей.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Что это, словно бабочка, опускается на зубцы башни? Откуда взялось это фиолетовое свечение, и почему оно обретает форму человеку, очевидно мужчины, ибо кроме крепкого торса имеет заострённые, как пламя свечи, волосы? И почему, — успела в последний раз вопросить себя Руми, прежде чем незнакомец предстал перед ней, — он преклоняет колени?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Ещё раньше, чем он снизошёл с тёмного неба, раньше, чем обратился в мужчину, намного и намного раньше, Руми поняла, что это Тот самый, путник, что сидел на линии горизонта, и всегдашний безмолвный слушатель, принимающий её письма, упакованные в конверты ветра.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Но быстрее, чем она успела вымолвить слово приветствия, видение исчезло, передёрнувшись дымкой. Не растворяясь, а словно наполняя собой воздух вокруг. Руми ощущала его, но не видела; пыталась позвать, но не слышала ответа, однако чувство чужого присутствия не покидало её ни на миг.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Зазвучал призывающий к занятиям колокол. Против воли Руми вылезла из своего убежища, занавешивая ткань, скрывая своего небесного гостя. Она обещала скоро вернуться, и заклинала подождать. И словно видела в полумраке шатра, его улыбающееся лицо, сотканное из летающих в воздухе пылинок.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Она назвала его Джину. Потому что обликом, он больше всего напоминал легендарных джинов из сказок. Каждый вечер, (отныне Папенька не докучал своими занятиями, но стал непривычно участлив) Руми поднималась на башню, отворяла ткань шатра и забиралась к небесному другу.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Они говорили, но их разговор происходил не устами. Руми чувствовала прикосновение к вискам, и следом за ним, ощущала в голове приливающие пульсирующие волны: мягкие — спокойные, и нарастающие — взволнованные. Она отвечала тем же, сама не понимая, как удается перевести речь в этот странный язык, не имеющий звука.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Так продолжалось несколько дней. Днём Руми занималась с немногочисленными наставниками, а вечером спешила к Джину, чтобы рассказать произошедшие за день события. Она приносила фрукты и воду для угощения, но он ничего не брал, и это немного огорчало её.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Спустя неделю, Папенька пригласил Руми пить чай. Без энтузиазма, но она согласилась, и занимая привычное место за столом, наполнила малые чашечки — жест не скрывшийся от его внимательного взгляда — зелёным чаем.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Милая, ты будто совсем отдалилась от меня. — Пожурил дочь Папенька. — Из-за телескопа ли?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Что ты, Папенька, я всё так же люблю тебя. — Ответила Руми. — Никакой телескоп не заменит вашего внимания.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Они обсудили последние новости, ничего не значащие мелочи приносимые слугами из-за ворот, — поднятия цен на чай, праздник блуждающих огней, — после чего, Папенька заявил:","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Мне недолго осталось.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Не пугай меня.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Нет, дорогуша, послушай. Это важно. После моего отхода, за тобой некому будет присматривать. Ты останешься совсем одна. Поэтому я принял решение продать замок.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Что ты такое говоришь?","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"— Да, продать. За вырученные деньги мы возведём новый. Там, где ты родилась. Мы переедем Руми. Туда, где тебя примут такой, какая ты есть. Я так решил, и так будет.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Это неожиданное решение — попытка предупредить, как казалось хозяину, угрозу. Он не мог забыть случившееся в обсерватории, и хотел, как можно скорее избавиться от всего, что могло служить тому напоминанием. Словно тем самым, сумел бы стереть произошедшее.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми не разделяла его решений. А что же её убежище? Как же гостивший там небесный гость? Сможет ли Джину переехать вместе с ними? Она задавалась этими вопросами, и в груди её болезненно сжималось. Ссылаясь на усталость, Руми попросила разрешения удалится и оказавшись за дверью, стремительно направилась к башенке.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Вечер только вступал в свои права, и Джину всё ещё не проявился, но забравшись внутрь убежища и занавесив ткань, Руми ясно ощутила накрывающие её волны — его присутствие. Она только подумала о произошедшем разговоре, безмолвно передавая свои страхи, и он услышал; воздух внутри уплотнился, сдавил тело мягкими тисками.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми плакала, не зная, что и делать, и Джину плакал тоже — пульсирующая боль отдавалась в висках, умножая страдания. Лишь после захода солнца, когда бледный серп луны показался на небе, проникая сквозь ткань серебряным светом, волнения утихли, но печальные тучки на лбу Руми, не разгладились, и пульсации в висках, не прошли окончательно.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Озаряющие её свет, потянулся к нему в поисках утешения, и его свет, потянулся к ней; сплетаясь пылинками, свечение образовало кокон, внутри которого они затаились в ожидании чего-то глубокого, что зародилось внутри них при первом взгляде через телескоп, и томимой долгой разлукой, теперь начинало распускаться.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Немыслимое чувство единства, овладело Руми. Джину проникал в каждую пору её кожи, растворяясь в самой душе, и она открывалась навстречу, ощущая как инь и янь, как фиолетовый и белёсый, как Он и Она, сливаются в чутком синтезе любви.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Более Руми не чувствовала ни себя, ни Джину по отдельности, но ощущала как существо, такое же лёгкое, как облако, вобравшее в себя их обоих, взмывающее на крыльях, разрезая темноту яркой зарницей. Оно взмыло высоко в небеса, и совершив крутой вираж вокруг башенок замка, отправилось далеко за спины гигантов, далеко за пределы Китая. Лишь изредка усаживалось оно на вершинах гор, но не из-за усталости, — ибо ничего подобного не испытывало, — но ради того, чтобы разъединиться существом, позволяя обоим насладится обуявшим грудь чувством эйфории.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Тогда они устало опадали на землю, и подолгу лежали, разглядывая сонмы звёзд, скользящие на тёмной запруди небес. Но вот солнце стало выплывать из-за гор — занимался рассвет. Руми неожиданно ощутила, как связь между ними, становится всё тоньше, и испуганная, призвала спешить в замок.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Они вернулись на башню, нырнули в убежище, скрываясь от солнечных лучей.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Лицо Джину, — ни мягкое, ни твёрдое, ни тёплое, ни холодное, —  лежало рядом, разгораясь и затухая фиолетовым свечением. Она чувствовала его руки, настойчивые, но ласковые, прижимающее её ближе к крепкой груди. Но чем больше занимался рассвет, проникая лучами сквозь тонкую ткань, тем слабее они становились, и вскоре, Руми с ужасом осознала, что больше не чувствует желанных пальцев, плавно скользящих по её затылку, там, где выбиваются из косы непослушные волосинки.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Вместе с этим, Руми ясно ощутила его страх и отчаяние. Джину, словно цепляясь за острый уступ, пытался подтянуться, и уже видел развернутую внизу пропасть, и медленно разжимал онемевшие пальцы, не в силах более поддерживать своё существо, свою жизнь!","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Она занавесила ткань, но это не помогло — тело Джину, издавая тусклое свечение, продолжало терять формы и таять на глазах. Он растворился в ней слишком сильно, как, впрочем, и она в нём. Теперь между ними не существовало границ личности, и поразившая одного боль, отзывалась в существо второго.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Руми крепче сжала протянутую ладонь Джину, и вместе, они разделяли последние минуты перед вечной разлукой. Она причитала на всё на свете, а он слушал, и сильнее надавливал на её фаланги пальцев, словно пытаясь показать этим, что до сих пор рядом.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Вскоре силуэт Джину развеялся, лишь ладонь в ладони Руми продолжала двигаться пальцами. Но и она вскоре исчезла. Пустота и тишина воцарились под навесом. Ничего не напоминало о прошедшей ночи, и счастливых минутах, проведённых в единстве существа.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Ни слёзы, что скатывались со щёк Руми, ни её сдавленные молитвы, ничего не могло вернуть его. Она спрашивала, здесь ли он, здесь ли Джину, но ответом служила давящая тишина. Этим утром молчали птицы, не шаркали по коридорам слуги. Даже ветер перестал шептать. Одиночество становилось всё невыносимым, словно всё вокруг в одночасье ушло, вслед за ним.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Она уже не чувствовала себя частью этого мира. Как лишенная крыльев птица, обречённая сгинуть на земле, Руми свернулась калачиком, ожидая, когда её отыщут. Но никто не приходил. Никто не звал. Папенька словно забыл о ней, ровно, как и наставники.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Через некоторое время, во внутреннем дворе раздался шум голосов, слышимый особенно громко в царившей тишине. Руми подошла к зубцам, склоняясь, чтобы лучше разглядеть столпившихся внизу людей. Среди них виделся Папенька, припавшей на колени, и знакомые слуги. Все они окружили что-то, и громко кричали, но скорее испугано, чем злобно.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0},{"type":"paragraph","format":"","indent":0,"version":1,"children":[{"mode":"normal","text":"Когда несколько слуг из толпы расступились, Руми смогла разглядеть взволновавший их предмет. Это была она, её тело, распластавшееся на каменных плитах, облачённое в тусклое свечение, как в саван, и изъеденное с макушки до пят, фиолетовыми пятнами.","type":"text","style":"","detail":0,"format":0,"version":1}],"direction":"ltr","textFormat":0}],"direction":"ltr"}}