Власть

{"root":{"children":[{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" Лололошка привык к власти. Она всегда сопутствовала ему куда бы он не пошел на территории Империи и государственных съездах. Раньше власть была громкой и открытой, чтобы сломить Империю, сломить режим ради освобождения жителей страны, теперь же она тихая и невидимая, незаметная и спрятанная за стеклами очков, бесбашенным поведением и безумными выходками. Никто не должен догадаться кем он является и какую силу имеет в своих руках.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" Но власть это не только про силу и возможности. Это ещё и ответственность, которая тяжелой ношей обязанностей ложится на плечи. За страну, за народ, за процветание. Поэтому использовать власть он не любит. Она давит тяжестью кровавой корки на руках и душит мазутной пленкой на слизистой, отравляет душу убитыми телами по его указке и вине. Он выжигал всю грязь Империи с земли и сердец народа освобождающим пламенем огнемета. Дети и младенцы явно еще не могли носить в себе семена режима, которые должны были прорости в полноценные цветы мака, что должен был затуманить разум пропагандой. Поэтому он не использовал это ни в каких целях.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" Ему было достаточно просто быть. Притягивать к себе уважение и страх, хотя он ни разу не поднял голос и не приложил силу после революции. На политической арене Сияние внушало страх и зависть, но где-то в глубине чужих сердец присутствовало уважение. Они смогли противостоять режиму, который поддерживали другие страны, и смогли его свергнуть, а после отстроить новую систему власти достаточно комфортную для добровольного выбора. Поэтому он просто позволял своей ауре власти говорить за себя. Сверлил безэмоциональным взглядом противников во время дебатов, сурово, но честно наказывал провинившихся, не скрывал эмоций от другого человека.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" И люди подчинялись.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" Тушили злость и раздражение, тупили взгляды, подчинялись, не перечили, успокаивались. Жители Империи же всегда относятся к нему с уважением и трепетом, с широкой улыбкой встречают и провожают. Те чувствуют благодарность и чувствуют власть. Он - закон. По его воле могут разрушить чужую жизнь и превознести. И люди это чувствуют. Склоняют голову, чтобы не чувствовать на себе давление сопротивления или из уважения. Сейчас в Империи свобода выбора, поэтому Сияние не будет тушить в чужих сердцах и разумах привязанность к прошлому режиму.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" Ситуация в университете стала двоякой. Он все ещё является воплощением власти, законом, но сейчас в другой стране его личность стерта, возможностей нет и ресурсов тоже. С одной стороны ему нравится такое положение дел, а с другой стороны нет. Просто непривычно не чувствовать чужого уважения, не чувствовать знакомого тепла скрытых возможностей и власти. Потому что если быть до конца откровенными, то ему нравилось ощущать в руках власть без тяжести революции. Каждое мгновение восстания он нес ответственность за каждую рану и каждую жизнь, которая в случае затухания тяжёлым грузом опустится на плечи. У него была возможность провернуть какое угодно безумие с имеющимися ресурсами без последствий.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" С другой стороны теперь он - чистый лист. Он может придумать какую угодно предысторию, личность, привычки и повадки, предпочтения. Можно примерить образ холодного и закрытого человека из страны, которая долгие годы жила под куполом отчуждения, а можно побыть деревенским дурачком из глубинки самого отдаленного аграрного поселения, который свой в доску рубаха-парень. Огромное разнообразие развилок событий, которые могут привести к самым разнообразным событиям. От отшельника общества до самого популярного парня университета. Любая дорога открыта.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" Но он даже в образе дурачка аура власти никуда не делась. Как и личина Председателя, главы партии Сияние.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" В мафии ему верят благодаря этому. Потому что Джон имел огромную власть на острове и вне его границ. В подполье, бизнесе, науке и робототехнике нет никого лучше его брата. Верят его словам и актерской игре, уверенности и решениям. Испытывают трепет и страх с завистью. Это так знакомо, но одновременно с тем отличается. Иногда он даже сам верит, что является Джоном. Уверенным, самодовольным и громким.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" Главное продолжать верить.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"root","version":1}}