Все (не)хорошо

{"root":{"children":[{"children":[{"detail":0,"format":1,"mode":"normal","style":"","text":"I","type":"text","version":1},{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":" ","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":1,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"My dreams are violent,","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Feels like my mind spins.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Barely alive, it's true.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"The only thing keeping me out of the grave is you.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"(«grave» nessa barrett)","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан задыхался. Даже открытые окна и свежий воздух не помогали ему вдохнуть полной грудью; что-то сковывало его легкие, словно сжимая их изнутри, и он чувствовал, что не может дышать спокойно, не думая об этом.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Последнее время это ощущение посещало его слишком часто. Адриан не знал, что делать с этим, не знал, что делать со всем своим состоянием. Он боялся рассказать кому-нибудь обо всем, что происходило с ним последнее время, потому что все равно не смог бы объяснить причину. Ведь откуда Адриану Агресту знать, что его отец был Монархом, если Ледибаг рассказала об этом лишь одному человеку на свете — Коту Нуару? Он не мог раскрыть свое состояние, не открывая того, кто он есть на самом деле. И он рассыпался.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан ненавидел тот факт, что его отец оказался главным злодеем, с которым он сражался почти каждый день на протяжении долгого времени; ненавидел тот факт, что Габриэль пытался воскресить Эмили и хранил ее труп в подвале.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Но больше всего Адриан ненавидел себя. Потому что это он, Адриан Агрест — Кот Нуар, не заметил всего зла, происходившего в его собственном доме. Он должен был узнать, должен был противостоять отцу, съехавшему с катушек, должен был сражаться вместе с Ледибаг в той битве, а на деле — всегда позволял Монарху управлять собой.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Чувство вины за свое неведение и потаканию отцу-злодею сводило Адриана с ума, сжигало изнутри каждый день, испепеляя его душу, струилось по венам, горяча кровь, приливало к сердцу, наполняя его без остатка, и медленно отравляло сознание, затуманивания разум; совесть грызла его черепную коробку, не давая передышки, а самобичевание превратилось в постоянного приятеля, лучшего друга. Он не справлялся со всем, что чувствовал. Его накрывал страх каждую ночь: а вдруг кто-то узнает, поймет, что Габриэль Агрест не был героем? Тогда его начнут обвинять в том, в чем Адриан действительно был виноват, от него отвернутся все друзья и он останется один со своим великим наследием и сгнившей душой. Он постоянно думал, что все вокруг смотрят на него с осуждением, что они знают, что хотят расправиться с ним.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан был постоянно уставшим, он не мог находить в себе силы что-то делать, помимо хождения в коллеж, потому что притворяться, что он верит в сказку Ледибаг, что он не знает истины, было неимоверно сложно, это отнимало все силы, которых было немного. После того, как парень узнал правду, у него словно почву из-под ног выбили, и он бесконечно летел куда-то в бездну без сил, воздуха в легких и без возможности что-то изменить. Он плакал почти каждый день, потому что это единственное, что он мог. Он был ни на что не годен; был плох и как супергерой, и как человек, ведь постоянно делал все, что говорил отец, боясь и слова сказать против. Адриан хотел быть кем-то другим уже очень давно, но никогда не чувствовал это так отчетливо, как сейчас. Он ненавидел свою суть, ненавидел каждой клеточкой тела, каждой частью больного сердца и хотел избавиться от себя, выкинуть в мусорный бак, избить до смерти, потому что это то, чего он на самом деле заслуживал. Но все, что он мог, — это брать лезвие и уродовать свои руки.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан не знал, как пришел к этому, не помнил, как возникла эта мысль, зато отчетливо помнил, как в первый раз подрагивали пальцы, как бешено стучало сердце и какое облегчение он почувствовал после нескольких порезов. Как просто это оказалось — скрывать ото всех свои пороки. Надел фальшивую модельную улыбку, и все вокруг верят, что ты в порядке, не думают, что у тебя под рукавами свитера.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан устал от бесконечного цикла дней и ночей, устал просыпаться, зная, кто он и что он совершил, устал быть собой. И он не мог ничего сделать с этим. Убить себя — страшно, да и стыдно тоже, ведь есть люди, которые любят его на самом деле. Но будут ли они относиться к нему так же, если узнают всю правду? Адриан был уверен, что нет.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Смотря каждый в день в зеркало, он желал испепелить себя взглядом, потому что то чучело, которое смотрело на него, заслуживало только худших страданий. Но, так как он не мог получить их, он изувечивал кожу, глядя на то, как кровь вытекает из ран вместе с его переживаниями. На какое-то время наступало облегчение. Но каждый раз этот срок «легче» становился короче, а желание вредить себе — все сильнее, и каждый раз навязчивые мысли брали верх. Адриан и не пытался с ними бороться, понимая, что это все бессмысленно — он слишком слаб и жалок. Кроме того, он думал, что заслуживает боли, потому что только такое наказание могло стать ему прощением, которого он все равно никогда не получит, ведь не сможет найти силы простить себя.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Его боль отражалась безразличием ко всему, что происходило в мире и в его жизни, ведь, в сущности, не происходило ничего: все текло своим чередом, не затрагивая его ни коим образом; жизнь наконец стала простой и понятной, Адриан мог делать все, что хотел, потому что теперь отец ничего не запрещал и ни к чему не обязывал, но именно в этот момент он потерял всякий интерес к жизни. Он просил Натали отменять занятия с репетиторами и лежал на кровати в комнате, листая ленты соцсетей или проводя время во сне. Домашнее задание он или делал через силы поздно ночью, или списывал у друзей, объясняя это загруженностью на дополнительных занятиях. И ведь они верили. Даже не спрашивали, почему он все еще этим занимается, почему так много времени тратит на то, что не любит. Но знали ли они, что он не любил свои занятия вне коллежа? Знали ли они его настоящего?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Иногда Адриану казалось, что Маринетт смотрит на него как-то иначе, что она подозревает его в чем-то, что она знает что-то, чего не должна. Но он прогонял эти мысли, потому что любил тешить себя тем, что никому неизвестно о его состоянии, ведь, если бы хоть кто-то узнал обо всем, что творилось с ним, он бы чувствовал себя еще более отвратительным и мерзким. Он бы не простил себе этого.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан мог забыться в компании друзей, в школьных занятиях, в бессмысленных разговорах и беззаботном смехе. Но, возвращаясь домой, он погружался в болото самокопания и ненависти к себе снова и снова, увязая все глубже.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Несмотря на друзей, он все равно чувствовал себя одиноким. Адриан не мог никому высказать все, что было у него на душе, и беспомощность поглощала его. Он боялся осуждения, боялся того, что кто-то захочет отомстить ему за деяния Габриэля, поэтому молчал, хотя с каждым днем это становилось все более невыносимым. Адриан знал, что катится по наклонной, знал, что должен рассказать кому-то о своих чувствах, но не мог. Он был в ловушке. Он не мог знать, кем был его отец. К тому же страх, что его тоже будут считать злодеем, потому что он потакал злу, управлял им, не давая и шанса поделиться с кем-либо своими переживаниями.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан ненавидел все это. Ненавидел свою жизнь, своего отца, который даже после смерти заставлял его чувствовать себя загнанным в угол зверем, ненавидел друзей и Натали, которые даже не пытались поинтересоваться, как у него дела. Конечно, он ответил бы, что все замечательно, но ведь важно то, что им было бы не все равно.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Единственной отдушиной были встречи с Ледибаг. С тех пор, как они начали встречаться после потери камней чудес, они сблизились еще сильнее; их любовь не стала обузой в битвах с пешками Монарха, а наоборот, давала им силы идти вперед, рождала в них уверенность в победе и собственных способностях.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Кот Нуар был на седьмом небе от счастья, когда Ледибаг поцеловала его в первый раз и когда понял, что он наконец дождался ее. Она была его идеалом, его кислородом, его жизнью. И эти ощущения стали только сильнее, когда Кот Нуар узнал правду о своем отце. Ледибаг плакала в последний раз, когда вещала ему всю историю сражения с Монархом; Нуар плакал на ее коленях почти каждый поздний вечер. Почти каждый поздний вечер он выбирался из дома через окно и встречал ее поцелуями на одной из крыш Парижа, а потом обнимал крепко-крепко, кладя подбородок на ее макушку, и она позволяла ему рыдать. Ледибаг клала голову напарника на свои колени и мягко гладила, перебирала пшеничные волосы, говоря, что все будет хорошо. Нуар бы никому не поверил, кроме нее — он чувствовал облегчение всякий раз, как она произносила такие простые, банальные слова. Он верил ей и только ей. Ледибаг никогда ни о чем не спрашивала, не просила объяснений, а просто была рядом. Это было то, чего Адриан так отчаянно жаждал, то, что было ему необходимо, — чтобы кто-то просто шептал ему глупые слова и согревал своим теплом. Эти вечера помогали ему не хуже лезвия, эти вечера были его островком спасения. Он был искренне благодарен Ледибаг за то, что она позволяла ему быть собой.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Конечно, они проводили время не только так. После обеда супергерои патрулировали, ходили на свидания, ели мороженое, смотрели на закаты. В один из дней они обменялись номерами, купленными специально друг для друга, и с тех пор переписывались и созванивались каждый день. Кот Нуар любил все минуты, проведенные с его Леди, потому что именно она была той, кому он мог доверить все.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Все, кроме того, кем был его отец.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан боялся ее разочарования в нем больше всего на свете. Он бы мог выдержать злость, гнев, непонимание, но разочарование и отвержение были его главными страхами, стоящими над всем, что он чувстовал. Если Ледибаг бросит его на произвол судьбы, он разобьется на куски, которые уже нельзя будет собрать, он не выдержит гнета собственных мыслей и совершит что-то ужасное, Адриан знал это. Больше всего на свете он дорожил своей Леди, и ее потеря стала бы катализатором его пути к попытке самоубийства. Она была единственной, с кем он не боялся быть собой и боялся одновременно, потому что объяснить причину его состояния значило раскрыть часть себя. И дело было уже не в масках, не в опасности перед новым злодеем, который хранил странное молчание и бездействовал, а в том, что Адриан боялся ее реакции на его второе я, боялся ее отвращения к нему.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Она была и его спасением, и ядом.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Стоило только Ледибаг приземлиться на крышу, как Кот Нуар начал осыпать ее лицо короткими мягкими поцелуями, обхватив его руками.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ты же помнишь, Котенок, — говорила она между поцелуями, — только пятнадцать минут. Я должна встретиться с друзьями, это учебный вопрос.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Конечно, он помнил. Он и сам спешил к Алье, Нино и Маринетт, чтобы сделать проект по истории, но он не мог, не хотел отпускать ее, не хотел притворяться, натягивать улыбку, не хотел после встречи с друзьями ощущать обуревающие и душащие его чувства, не хотел вновь причинять себе боль, чтобы забыться. Нуар хотел, чтобы она была рядом, чтобы ее голос обнимал его, как и ее и руки, чтобы ореол ее любви вселял в него надежду, чтобы она лечила его одним присутствием. Но он не мог посягать на ее личную жизнь.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я помню, миледи, — прошептал Кот Нуар. Одна его рука лежала на талии Ледибаг, пальцами второй он гладил ее левую лопатку. — Я очень-очень люблю тебя, — выдохнул ей в губы парень.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— И я тебя, Котенок. — Она потерлась носиком о его нос. — И я бы ужасно хотела провести с тобой целую вечность, но не могу, — ее голос звучал так, словно она вот-вот расплачется. И он был готов расплакаться вместе с ней.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Они целовались все отведенные им пятнадцать минут. Когда она посмотрела время на йо-йо, то оставила на его губах последний нежный поцелуй. Ледибаг сняла с бедра оружие, раскрутила его и была готова прыгнуть, но Кот Нуар резко схватил ее за запясье.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Останься, — промолвил он, зная, что не имеет на это права, — прошу.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он так хотел утешения в ее безмятежных объятиях, в ее ласковых поцелуях, в ее уверенном «Все будет хорошо», так боялся чувства одиночества в ее отсутствии, так хотел ощущать тепло ее тела и плакать в ее сильных руках. И, видимо, это все отразилось в его глазах, потому что она, внимательно смотря на него, ответила:","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Хорошо.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Ледибаг села на край крыши, свесив ноги, и потянула Нуара на привычное место. Он лег к ней на колени головой.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он знал, что не заслуживает ее, что ни разу не такой прекрасный парень, каким она наверняка хотела бы его видеть.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Прости меня, прости, прости, я не... я... — Слезы потекли по его щекам, а Кот Нуар так и не мог подобрать правильных слов, чтобы извиниться; знал, что не сможет выразить всю благодарность и все разочарование в себе словами.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Она мягко провела пальчиками по его волосам, убирая их со лба, наклонилась к нему и поцеловала в лоб.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Глупенький, — прошептала она, — тебе незачем извиняться. Все хорошо.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"И впервые Кот Нуар плакал, не повернувшись затылком к ее стану, скрывая слезы, а уперевшись лбом в ее мягкий и теплый даже сквозь холодный спандекс живот, и это ощущалось так правильно, так естественно, что он успокоился гораздо быстрее чем прежде. Нуар чувствовал ее безграничную любовь, могущую похвастаться размерами с самой вселенной, и был уверен, что она любит его любого, такого, какой он есть: жалкого, слабого, ничтожного, бессильного, бесполезного. Ей не нужно было даже шептать слова утешения, потому что сам факт, что она осталась с ним, наплевав на учебу и друзей, заставлял его чувствовать себя гораздо лучше и одновременно стыдиться этого.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Вряд ли он когда-нибудь смог бы отплатить ей.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Незаметно для самого себя он уснул и проспал несколько часов. Когда он открыл глаза, увидев ее красный в черный горошек костюм, и перевернулся на спину, то заметил едва светлеющее небо. Ледибаг широко зевнула.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Мы можем поменяться местами, — тихо проговорил Кот Нуар, зная, что должен был отпустить ее, а не заставлять спать на его коленях, которые явно были менее удобными чем мягкая постель.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Но вместо отказа она кивнула, поцеловала его в лоб и положила голову ему на бедра. Девушка заснула через пятнадцать минут. Все время, что она спала, Кот Нуар гладил ее волосы. Он смотрел на ее спокойное лицо и думал, что это его любимый вид. Парень позволил себе расплести ленты и заплести неровную косичку, расчесать ее волосы своими коготками, наслаждаясь их шелком. Он бы все отдал, чтобы каждый день Ледибаг засыпала рядом с ним, чтобы глядеть на нее, безмятежную и красивую, чтобы оберегать ее сон.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Сердце защемило от осознания, что она доверяет ему настолько, чтоб уснуть на нем. Кот Нуар знал, что Ледибаг доверяет ему жизнь — битвы с акуматизированными говорили сами за себя, — но тот факт, что она чувствует себя настолько комфортно с ним, заставлял его сердце трепетать от любви.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он хотел стать частью другой половины ее жизни, хотел любить ее открыто, быть рядом всегда, чтоб она спасала его от нездоровых привычек, вытирала его слезы своими мягкими пальцами, целовала в лоб, а он, в свою очередь, доставал ей звезды с неба только по одному велению. Нуар сделал бы все, что бы она ни попросила. Но он так боялся открыть ей свою личность, боялся увидеть разочарование в ее глазах, боялся осуждения. Ведь он действительно был виноват в собственной слепоте и невежестве. Он не заметил злейшего врага под одной крышей, не заметил похищенных квами, не заметил ничего.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Кот Нуар был бесполезным. Пожалуй, еще более бесполезным, чем Адриан Агрест, послушный сынок великого дизайнера, не способный сказать и слова против отца.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он был слабым. Не способный справиться с эмоциями и внутренним конфликтом, Адриан нашел единственный очевидный выход — селфхарм. Это было настолько жалко, что стыдно признавать и говорить кому-либо об этом. Великий защитник Парижа не может справиться с зависимостью — просто смешно. Хотя какой из него защитник, если всю работу сделала Ледибаг?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"И вот сейчас эта девушка спит на его коленях, мирно дыша, абсолютно доверяя ему. И эта девушка каждый раз жертвует своим временем, своей личной жизнью ради него. Заслужил ли Кот Нуар это? Точно нет. Но Ледибаг все еще с ним, все еще каждый раз после патруля остается на крыше с напарником, все еще целует его губы. И это было единственное, что имело значение. Ее присутствие всегда позволяло Нуару дышать свободно, чувствовать себя лучше и верить, что все изменится. Он любил Ледибаг каждой частичкой своего существа, каждым атомом своего тела, его любовь была больше всех известных этому миру измерений и размеров; эта любовь переполняла его каждый раз, когда она писала ему сообщения или находилась рядом, и он ничего не мог сделать с ощущением всепоглощающего успокоения, да и не хотел.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"И так же сильно, как любил ее, Кот Нуар боялся ее потерять. Боялся до дрожи в руках, до сжирающей тревоги, до кошмарных сновидений, до гулко бьющегося сердца. Он боялся разочаровать ее, потому что был слабой частью их дуэта, потому что постоянно плакал у нее на коленях и так отчаянно нуждался в ней, в то время как Ледибаг просто улыбалась, смеялась, шутила и была спокойной. После того, как она рассказала Коту про Монарха, он ни разу не видел ее слез. Но вместо того, чтобы бросить его, возмущаться его постоянным срывам она просто успокаивала его, шепча глупые слова утешения, которые все же помогали. И Кот Нуар был благодарен ей. Благодарен за то, что она позволяла ему быть слабым, позволяла искать и находить в ней опору.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Когда Ледибаг проснулась, небо сияло оранжево-розовыми цветами. Девушка перевернулась с бока на спину и улыбнулась Коту Нуару.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Чувствую, кошачьи инстинкты взяли верх, поэтому ты игрался с моими лентами? — лукаво спросила она.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Вы совершенно пррравы, мяуя Леди, — игриво ответил Нуар и, слегка наклонившись, чмокнул ее в губы.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Тебе лучше? — Взгляд Ледибаг был оценивающий, она рассматривала лицо парня, чтобы понять его самочувствие.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Определенно, — проговорил Кот, и в этот момент он совсем не врал: тревога начала отступать, стоило ему услышать родной голос.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Это хорошо.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"В коллеже было шумно. Какофония била по ушам, заставляя Адриана морщиться; в висках пульсировало; порезанные вчера руки временами болели, когда засохшая кровь цеплялась за рукава черной водолазки. Нино и Алья что-то обсуждали рядом, Маринетт, которая на удивление последнее время совсем не опаздывала, молча, как и Адриан, наблюдала за ходом разговора.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Так что, ребят? — спросила Сезар, обращаясь ко всем. — Пойдем после уроков в парк аттракционов? В конце концов пятница.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я только за, — кивнул Нино.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Отличная идея, — улыбнулся Адриан. Ему совсем не хотелось никуда идти, тем более после коллежа он обычно патрулировал улицы с Ледибаг, после чего они устраивали свидания, но в этот раз он решил провести время с друзьми, ведь последние дни слишком часто избегал их, из-за чего ему было стыдно. Ему казалось, что он должен быть хорошим другом — ведь иначе он не будет им нужен, — а чтобы быть хорошим другом, ему следует много времени проводить со своими друзьями и интересоваться их жизнями. По крайней мере так он прочитал в интернете.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да, отличная, — вяло откликнулась Маринетт.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан посмотрел на нее. Девушка выглядела помятой, словно не спала всю ночь; ее теплый вязаный свитер был явно не по погоде: на улице стояла сентябрьская жара; волосы были убраны в растрепанный конский хвост. Агрест хотел спросить, все ли у нее хорошо, но прозвенел звонок, и он отвернулся.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Если он спросит, ответит ли она честно? Доверяет ли Маринетт ему настолько, чтобы рассказать о своих проблемах? Считает ли она его близким другом, чтобы делиться переживаниями? И кому вообще можно доверить собственную боль? Адриан ни за что бы не рассказал правду о своем состоянии даже друзьям, потому что в таком случае возникнет слишком много вопросов, потому что это риск для них самих же, потому что он боялся их осуждения. Но разве Маринетт не более открытая, чем Агрест? Разве она не делится всем с Альей? Может, Сезар уже все знает, а он, Адриан, как всегда остался в стороне, ибо ему никто не хочет доверять? Что если они все тайно ненавидят его и смеются над ним за спиной? Что если они общаются с ним из жалости?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Чувство одиночества остро въелось ему в сердце; Адриан зажмурился и протер глаза. «Нет смысла думать об этом. Я все равно не узнаю правду». Однако перестать думать об этом было невозможно. Страх, что Адриан действительно является никем для своих друзей — он правда считал их друзьями, потому что кроме Ледибаг, их и Натали у него никого не было, и он держался за каждого человека, как утопающий за спасательный круг, — ворохом поднимал навязчивые мысли в голове, словно опавшие осенние листья, и ощущение собственной никчемности окутывало парня с каждой секундой все сильнее, и желание взять в руки лезвие росло и росло.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан попросился выйти. Шаги в пустом коридоре глухо отскакивали от стен, отдаваясь в тишине набатом. Он дошел до туалета, включил воду. Ее шум было спасительной соломинкой, за которую Адриан цеплялся, чтобы не утонуть в собственных мыслях. Он медленно умылся, чтобы охладить голову, в надежде, что мысли просто смоются вместе с водой. Он не выдерживал. Желание исчезнуть с лица земли, чтобы никто его не помнил и не жалел о его смерти, словно бы его и не было, отягащало разум, руки чесались что-то с собой сделать. Это чувство заполняло Адриана без остатка. Он не мог сопротивляться навязчивому желанию, он хотел исчезнуть, хотел исчезнуть, хотел, исчезнуть, хотел исчезнуть...","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Агрест быстро зашел в кабинку, слезы полились из глаз быстрее, чем он успел закрыть дверь. Он выдохнул. Залез левой рукой по водолазку и резко прошелся ногтями по коже. Еще раз. Еще раз. Еще, еще, еще, еще.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Боль отрезвляла. Раны шипали, кожа горела огнем; под ногтями остались ее мелкие кусочки. Слезы больше не лились, мысли наконец перестали нападать на него, безоружного и беззащитного перед их потоком. Адриан успокаивался.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да уж, — говорил Нино на прогулке, — эта контрольная по алгебре была ужасной! Я нихрена не понял в последнем задании и вообще...","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Согласна, — кивнула Алья. — Эй, смотрите! Очередь на американские горки совсем небольшая!","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ну уж нет, я больше не пойду на этот адский аттракцион, — скривился Нино и повернулся к Маринетт. — Мари, прошу, сходи с ней, — он сложил руки в молящем жесте. — Ты же знаешь, мой вестибулярный аппарат этого не выдержит!","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт, произнесшая за прогулку от силы три слова, улыбнулась.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я чувствую себя не очень, Нино, прости. Придется отдуваться тебе.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Алья победно воскликнула и потащила своего парня в очередь за билетом. Адриан и Маринетт остались вдвоем провожать их взглядом.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Почему Алья не предложила Адриану покататься? Почему Нино не просил помощи у него? Так сложились обстоятельства и они ничего не имели против или Агрест сделал что-то не так, поэтому с ним не хотят проводить время? Парень растерянно смотрел на говорившую вдалеке парочку.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"В такие моменты он особенно остро чувствовал себя лишним, особенно остро хотел умереть, чтобы не мешаться у других под ногами.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Не хочешь молочного коктейля? — спросила Маринетт, вырывая Адриана из пучины в голове.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да, почему бы и нет, — улыбнулся он.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Они взяли в ларьке по коктейлю: Адриан — ванильный, Маринетт — клубничный, любимый, по ее словам. Ледибаг тоже обожала клубничные молочные коктейли, она признавалась Коту Нуару, что готова пить их целыми днями. Агрест постарался выкинуть ненужные мысли из головы и сосредоточиться на подруге.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Так... как твои дела? — неловко спросил он.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Мои? В порядке. — Маринет отпила молочный коктейль. — Мне гораздо важнее, что происходит с тобой в последнее время.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан застыл.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Со мной все супер, — легко, как мог, ответил он. — С чего такие вопросы?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Не делай вид, что все хорошо, когда это не так, — мягко сказала Маринетт. — Ты же знаешь, что можешь довериться нам?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Агресту казалось, что его сердце сделало кульбит в этот момент. Он может? Пожалуй, да. Но только в теории, во всех тех вещах, которые не касаются отца-Монарха. Однако все его проблемы идут именно из этого знания, так что он не может объяснить им, что происходит, не может рассказать всю правду.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Как ты... переживаешь это? — вновь спросила Дюпен-Чен, когда молчание затянулось, имея в виду смерть Габриэля. — Прости, если надавливаю на больное.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан смотрел на нее тяжелым взглядом, не зная, что сказать. Ему было стыдно, что он не ответил на предыдущий ее вопрос.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Это... трудно объяснить, — выдавил он наконец. Парень понятия не имел, как он должен был реагировать. Но выдавать всю подноготную он точно не собирался. Бессмысленно было обременять подругу, даже если она сама начала этот разговор. Что в конце концов она может дать ему, кроме утешения? Не может же Маринетт изменить реальность, сделав так, чтобы Габриэль не был Бражником, Мотыльком, Монархом. А утешения ему достаточно; все равно он никому бы не поверил, кроме своей Леди.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт просто кивнула. Она завела разговор о погоде и коллеже, домашнем задании и свободном времени, уделяя вниманию Адриану и его ответам.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"В какой-то степени он был ей благодарен за то, что она не игнорировала его существование, за то, что интересовалась его состоянием. Но это также оставило странный неприятный осадок в душе Адриана. Она видела, что с ним происходит что-то странное, она замечала изменения в нем, а значит, его броня и игра на публику неидельны, он плохо справляется со своей ролью.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"А значит, он заслужил наказание.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан не мог уснуть. Кошмар, приснившийся этой ночью, в котором отец убивает Ледибаг и воскрешает Эмили, больше похожую на зомби, никак не выходил из головы. Агрест знал, знал, что это лишь его воспаленное сознание, он знал, что Ледибаг жива и сейчас, вероятно, спит, но страх душил его, проходясь по спине холодом. Адриану было необходимо увидеть ее, понять, что она жива и здорова, что все хорошо. И он знал, что не имеет права лишать ее драгоценного сна, особенно сейчас, когда никакие акумы не будили их посреди ночи.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Парень уговаривал себя не делать этого. Внушал себе, что это просто плохой сон, не являющийся реальностью. Но не смог.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он набрал Ледибаг — зазвучали гудки. Ожидание было томительным, и Адриан переживал еще сильнее, чем до того как взял телефон. Но вот на звонок ответили, в динамике что-то зашуршало, и он услышал родной голос своей Леди.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Котик? Что-то случилось? — Она звучала сонно, и парень проклинал себя за этот поступок, осознавая, как глупо он выглядит и звучит.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да-да, я просто... Ты можешь надеть трансформацию? — Он закусил губу. Вряд ли она согласится — просто пошлет его куда подальше или скажет ложиться спать, ведь надеть трансформацию и включить камеру — значит показать часть своей комнаты, а это, в свою очередь, очень сильно пересекает границы их тайны. Агрест сглотнул. Сам он попросил недовольного из-за того, что его разбудили, Плагга трансформировать его еще во время гудков.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"В трубке что-то вновь зашуршало, зашептало — и Ледибаг, освещенная вспышкой, с нежной улыбкой на лице показалась сидящей в постели. Кажется, она каким-то образом облокотила телефон на одеяло. Кот Нуар тоже включил вспышку, чтобы она его видела, чтобы было честно, но продолжал полусидеть, полулежать, упираясь в спинку кровати, так что было видно только его лицо и маленькую часть костюма, в отличие от Ледибаг, которая была на экране в полный рост сидящего человека.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Нуар выдохнул, увидев ее. Она жива, она в порядке: никаких ран, синяков, ссадин, переломов. И, несмотря на его выходку, она улыбалась так нежно, как и каждый раз при виде него.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Что-то все же случилось, — твердо сказала Ледибаг, но ее тон был ласковый. Она не упрекала, не гневалась — просто говорила.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я только... Спасибо. — Кот не мог отвести взгляд от ее глаз, не знал, что сказать в свое оправдание, чувствовал себя жалким и ничтожным, потому что не заслуживал этой доброты, светившейся в ее взгляде. Он не заслуживал эту девушку.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я в порядке, Котенок, — произнесла она мягко, читая его состояние по одному только виду. — И незачем винить себя за то, что ты меня разбудил. Все хорошо. Я быстро засну обратно.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он виновато улыбнулся. Конечно, она читала его мысли — они оба всегда так делали. Вот только он последнее время в этом навыке проваливался вниз все ниже, размышляя: то ли Ледибаг действительно с пониманием относилась к его выходкам и причудам, то ли скрывала истинные реакции на все, что он делал. И Кот Нуар так сильно боялся, что второй вариант истинный, что временами без нее не мог избавиться от гложащей тревоги; но, когда она так нежно улыбалась ему и в ее глазах читалась только искренняя любовь, он верил ей, верил тому, что ему досталась самая лучшая девушка на свете.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Которую он не заслуживал.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Все хорошо. Ледибаг всегда так говорила, когда успокаивала его; и ее тон, уверенный, твердый, не надеющийся, а знающий и одновременно нежный, каждый раз действительно заставлял верить в эти слова.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он был ей так благодарен. Вряд ли Нуар мог бы выразить это словами или облечь в видимую форму; это было сильное эфемерное чувство, владевшее всем его существом каждый раз, когда Ледибаг говорила, что все хорошо или будет хорошо. Он понимал, что она видела, через какую боль он проходит, а может, даже догадывалась о чем-то или подозревала что-то, но при этом тактично молчала. Она поддерживала его всегда без исключения; каждый раз, когда он нуждался в ней, она была рядом, и Кот был уверен, что никогда не сможет ей отплатить, даже если бы очень хотел. А он желал больше всего на свете быть хоть вполовину таким же прекрасным, как она.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— И ты ложись спать, — сказала Ледибаг. — Все хорошо. Спокойной ночи?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Спокойной ночи, — выдохнул Кот Нуар.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Девушка послала ему воздушный поцелуй и завершила звонок. Адриан снял трансформацию и продолжил лежать, обреченно смотря в потолок. Через полчаса он окунулся в дремоту.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Хэй, чувак! — поприветствовал Нино друга, зайдя в кабинет мадам Бюстье. Они обменялись рукопожатием. — Как выходные?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Вопрос был неприятный. Адриан все выходные просидел в интернете с перерывами на сон. У него не было желания вставать с постели и делать что-то, ведь это означало, что ему придется жить, а этого он не хотел, поэтому тратил все время на гниение в комнате за закрытыми дверями, и даже увещевания Плагга о том, что нельзя так терять лучшее время собственной жизни, не мотивировали. Ну, и, конечно, он встречался с Ледибаг, но об этом ведь не расскажешь. Да и в целом рассказывать о своих невероятно насыщенных выходных Адриан не желал: вдруг подумают, что с ним что-то не так? Вдруг поймут? Поэтому, чтобы не выглядеть глупо, чтобы не чувствовать себя неловко, отвечая правду, Агрест решил приукрасить ее.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Довольно круто, — начал он. — Я гулял в парке, играл в видеоигры, потренировался с фортепиано и даже рисовал картину по номерам. Короче, отдых для души и тела.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан улыбался во все тридцать два зуба, отчаянно надеясь, что все это звучит правдоподобно.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он не лгал ради чистой лжи. Он хотел казаться интересным, активным человеком, потому что такие люди, по его мнению, заслуживали внимания других, с ними всегда было, о чем поговорить; Адриан просто хотел нравиться всем вокруг и, в особенности, друзьям, ведь только так он будет им нужен. А это именно то, что было ему необходимо, — внимание и расположение к себе. И пусть Адриан уставал от людей, пусть временами ненавидел друзей за пустяки, он всегда тянулся к ним, несмотря ни на что. Ему было важно осознавать, что его любят и дорожат им. Но, к сожалению, в последнее время он сомневался во всем и не чувствовал себя нужным никому. Даже искренняя забота Ледибаг не могла убить все страхи в Нуаре, и он продолжал бояться, что она ненавидит его за слабость, тщедушие и бесконечные слезы. Агрест с тревогой ждал каждой их встречи, потому что боялся услышать слова: «Мы расстаемся». Но его — все еще его — Леди продолжала успокаивать нерадивого напарника и парня, продолжала шептать утешительные слова и уверять, что все хорошо. И только когда она говорила эту банальную фразу, Кот Нуар по-настоящему ей верил.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Видимо, ты занимался всем этим ночью, судя по твоим мешкам под глазами, — ухмыльнулся Нино.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан неловко рассмеялся, не комментируя эту реплику.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Нино был прав: мешки под глазами были ужасными, но ведь это Агрест их еще замазал тональным кремом. А без него — смотреть тяжело. Но Адриан не был виноват в том, что его мучили кошмары и бессонница, неизбежно приходящая за ними.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Но в любом случае это круто, чувак, — продолжил Нино. — Типа ты такой активный и все такое. Это классно.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан снова улыбнулся, пряча глаза в тетрадь.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да уж, — пробормотала Ледибаг, — какой родитель будет держать своего ребенка в заперти?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Очевидно, плохой, — проворчал в ответ Кот Нуар.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Они привычно расположились на крыше, прислонившись спинами к стене дымохода. Ледибаг положила голову Коту на плечо. Они смотрели «Рапунцель» на ноутбуке, который притащил парень, и поедали чипсы, купленные в ближайшем супермаркете.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Кот Нуар любил проводить вечера вот так. Просто. Спокойно. Безопасно. И пусть навязчивые мысли все же периодически лезли ему в голову, справлятся с ними было гораздо проще в присутствии Ледибаг, чье тепло смешивалось с его собственным, даря ощущение дома. Настоящего дома, где не нужно скрываться, таить и подавлять в себе эмоции, где можно быть собой, любым собой.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"А еще сегодня был один из тех нечастых вечеров, когда ему не хотелось рыдать на ее коленях. Возможно, потому что Адриан порезался сегодня два раза, а может, потому что он слишком устал даже для слез. В любом случае они прекрасно проводили время вместе, что давало Нуару забыть хоть на чуть-чуть обо всем ужасе, происходившем в его жизни.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Моя Леди? — тихо проговорил Кот.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да? — она отозвалась легко и перевела взгляд с экрана на его лицо, смотря непринужденно, но с заботой, как делала это всегда.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я не знаю, что делал бы без тебя. Я правда бесконечно люблю тебя. — Он помолчал и добавил уже тише: — Ты единственное, что у меня осталось от нормальной жизни.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Она смотрела внимательно несколько секунд. Странная тень промелькнула в ее глазах так быстро, что Нуар и не заметил. Ледибаг ответила:","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я тоже люблю тебя, Котенок. Очень сильно. — Девушка обхватила его предплечье своей рукой. — И я невероятно дорожу тем, что у нас есть.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":1,"mode":"normal","style":"","text":"II","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":1,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Я буду самым отвратительным","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"ангелом-хранителем.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Меня саму хоть кто-то защитил бы.(«ангел-хранитель» я про рок)","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт опаздывала. Весь вечер и всю ночь она провела с Котом Нуаром на крыше, вместо того чтобы готовить проект по истории с друзьями, а утром, вернувшись домой, не смогла уснуть. Однако, несмотря на это, девушка все равно не успела собраться вовремя. Ей было стыдно перед Альей, у которой они должны были встретиться, Нино и Адрианом за свое отсутствие, но разве могла она оставить Котенка в том состоянии, которое она ненавидела, потому что не могла смотреть на его боль? Каждый раз, когда он плакал у нее на коленях, ее сердце сжималось от сострадания к нему; она знала, что ее слова, вероятно, не имеют никакого значения, но продолжала каждый раз шептать ему утешительные и подбадривающие фразы, потому что это было единственное, что она могла. И это раздражало Маринетт: она желала помочь ему делом, совершить что угодно, лишь бы Коту стало легче, но она была бессильна. Он не мог рассказать, что происходит, потому что это раскрыло бы часть его личной жизни, а они не имели права знать хоть что-то, что касалось их жизненных обстоятельств. Новый злодей наверняка выдумывал план по завоеванию камней чудес и в скором времени собирался начать приводить его в действие, а это значило, что они должны были быть начеку.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Это разбивало Маринетт на маленькие кусочки. Она отчаянно желала быть частью всей жизни ее любимого Котенка, желала делить с ним большинство моментов, однако не могла позволить себе такой роскоши. Она боялась что с ним случится нечто ужасное, если они раскроют личности, боялась до неконтролируемых приступов паники, едва ли не переходящих в панические атаки, до тремора в руках, до чувства тошноты. И Маринетт никогда себе не простила бы, если б с Нуаром что-то случилось.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"В невеселых размышлениях о том, что могло произойти в жизни ее самого любимого человека, Дюпен-Чен подошла к коллежу.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Явилась не запылилась! — недовольно воскликнула Алья, заметив подругу и подошла к ней. — Ничего не хочешь объяснить?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Прости, прости, прости! — взмолилась Маринетт. — Мне так жаль, правда! Но у меня появились другие дела и...","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ага, — скептически фыркнула Сезар, — такие важные, что ты даже не соизволила сообщить о них и не отвечала на звонки и смски!","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт стыдливо опустила глаза на носки своих балеток.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ладно, проехали, — выдохнула Алья и, схватив подругу за локоть, повела ее в кабинет. — Мы с Нино сделали большую часть и без вас.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Вас?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— О, поразительно, что Адриана тоже не было вчера, — притворно нахмурившись, будто размышляя, сказала Сезар. — Ты и Адриан исчезают в одно и то же время, не предупреждают и не отвечают на звонки, словно бы пропадая из этого мира...","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ну все, хватит! — недовольно произнесла Маринетт. — Мы были не вместе.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да? А очень похоже, что все было ровно наоборот.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Когда Маринетт работала дома над выкройками, она все прокручивала в голове слова подруги. Что-то не сходилось. Было в этой картине что-то, что Маринетт никак не могла уцепить, она явно что-то упускала — но что? Ее мозговые шестеренки крутились со скрипом, она все прогоняла слова в голове, как заезжанная пластинка, и внезапно страшная догадка пришла ей на ум.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Сердце забилось быстро, словно пытаясь выломать грудную клетку, ладони вспотели, голова закружилась, и Маринетт резко начало тошнить. Страх тек по венам, леденя кровь. Девушка остановилась на какое-то время, переваривая собственную догадку, а потом резко вскочила со стула, который с шумом отъехал на метр назад.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Тикки, — дрожащим шепотом позвала Маринетт.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маленькая божья коровка тут же подлетела к лицу подопечной, смешно зевая.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Тикки, а что если... — Маринетт трясло. Она обняла себя руками, будто пытаясь спрятаться от внезапно обнаруженной правды. — Что если... Кот Нуар — это... это... Адриан...?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Стоило это сказать, как слезы полились по щекам девушки; она согнулась и упала на колени.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— С чего ты это взяла? — Тикки звучала нервно.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Все сходится. — Маринетт дышала прерывисто. — С тех пор, именно с тех пор, как я сказала Коту личность Монарха, с ним что-то случилось, он сломался. И это логично, если он — Адриан, потому что это его отец и теперь... теперь...","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Маринетт, успокойся. — Тикки положила лапки на щеку Дюпен-Чен. — Это просто догадки.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Таких совпадений не бывает! — Девушка уже рыдала. — Теперь Адриан не может ни с кем поделиться своей болью, потому что ему просто неоткуда знать правду, ведь Ледибаг сказала всему Парижу, что Габриэль был героем! — Она схватилась за голову. — И он страдает от одиночества, не имея возможности рассказать даже Ледибаг, потому что это раскроет его личность!","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт вновь обхватила себя руками, ногтями впиваясь в нежную кожу. Чувство вины упало на ее плечи, словно она оказалась погребенной под разрушенным зданием, под тоннами бетона, и арматура вонзилась ей прямо в сердце, и во рту, в носу и ушах только пыль и штукатурка, и воздуха катастрофически мало, и она не может вдохнуть полной грудью из-за давления.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Это все моя вина, моя вина... — шептала Маринетт в полубреду от накативших эмоций. — Я обрекла его на боль и одиночество.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Это она собственными руками разрушила любимого человека. Она сломала Кота Нуара. Она уничтожила Адриана. Маринетт — худший человек на свете, она отвратительная девушка, гадкая подруга, ужасная супергероиня; она ничтожная, убогая, волнующаяся только о том, как бы с кем-то разделить тяжелую ношу, не думая о том, каково будет другому человеку.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Ей следовало бы исчезнуть или никогда не рождаться на этот свет.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт чувстовала вину беспрестанно. Даже если она не думала о том, насколько сильно виновата перед Котом Нуаром, который гипотетически являлся Адрианом Агрестом, чувство вины отягащало ее плечи; оно всегда было с ней, иногда на периферии сознания, иногда ощущалось не так явно, но оно было постоянным. Ни дня Маринетт не проживала без него с тех пор, как догадалась, кто скрывается под маской ее парня.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Часто ее посещали панические атаки. Липучий страх растекался по венам и душил ее, а сердце билось так быстро, что ей казалось, будто оно вот-вот остановится. Беспричинно, просто так панические атаки появлялись и исчезали тоже беспричинно, просто так. Маринетт ненавидела беспомощность, охватывающую ее в эти моменты. Все, что она могла, — это считать до пяти и обратно, чтобы сосредоточиться на чем-то, кроме страха, но это не всегда было просто и не всегда помогало.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Однако было кое-что, что помогало ей чувствовать себя чуть легче время от времени. Селфхарм. Это было единственное, что спасало девушку от бесконечного чувства вины хотя бы на несколько часов. Маринетт всегда наносила себе порезы канцелярским ножом на бедра перед встречей с Котом Нуаром, чтобы в моменте чувства не захватили ее, чтобы она могла контролировать себя и продолжать утешать несчастного напарника, которому, конечно, было гораздо хуже, нежели ей. Адриану, конечно, было хуже, нежели ей.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Каждый раз при виде него сердце у Маринетт разрывалось от вихря чувств. Ей было жаль Котенка, потому что он не просто переживал потерю близкого человека, а переживал потерю близкого человека, оказавшегося главным злодеем, с которым он сам сражался столько времени, и в то же время она чувствовала необъятную вину за то, что сама рассказала ему правду, ведь, если бы не она, Кот Нуар знал бы ровно столько же, сколько и остальные. Но в этот раз их неправильная с точки зрения супергеройства близость сыграла с ними злую шутку.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"И в то же время Ледибаг любила Нуара так же крепко, как прежде. И часто это чувство пересиливало вину, и при встречах ее сердце болело не только от сочувствия к Коту и беспрестанной вины, но и от бесконечной любви к нему.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Однако после тех встреч, на которых Нуар плакал на ее коленях, Маринетт обычно обессиленно рыдала, пока слезы просто не переставали течь, и ложилась спать с опустошением и дырой в груди.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Она ненавидела себя. Она была причиной боли самого дорогого ее сердцу человека; иногда ей казалось, что она разрушает все на своем пути, что она не способна сохранить в целости и сохранности ничего и что все, что или кто попадает ей в руки, неизбежно ломается. Осознавать это было до того больно, что приходилось впиваться в кожу ногтями, лишь бы не закричать от ненависти к самой себе.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Ей было стыдно. Стыдно за то, что она делает со своим телом; стыдно за то, что она не может справляться с чувствами по-другому. Но чувств было так много, что они переполняли ее, едва ли не выплескиваясь наружу, и Маринетт не видела иного выхода, кроме как давать им шанс вытечь вместе с кровью.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Все, чего ей отчаянно хотелось, — это выплакаться кому-то в плечо, чтобы ее успокоили так, как она всегда утешала Нуара. Но у нее не было такой возможности, ведь рассказать кому-то причины ее состояния значило раскрыть личность Кота постороннему человеку, а плакаться самому Нуару она попросту не могла, потому что в первую очередь должна была быть для него опорой. Ему было сложнее, это Маринетт понимала ясно, так что она не могла дать слабину перед ним; у него должно было быть хоть что-то стабильное и постоянное в жизни. И пусть это давалось с трудом, но Маринетт принципиально не собиралась нарушать эту данную самой себе негласную клятву.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Так и получалось, что Кот Нуар был для нее источником и боли, и любви.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Подруга, твои мешки под глазами меня пугают, — проговорила Алья за обедом.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт отвела взгляд и всмотрелась в свою тарелку.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Это круги под глазами, а не мешки, — слабо проговорила она и подняла взгляд. — К тому же вдохновение не знает про сон. — Она старалась звучать достаточно непринужденно.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Ложь. Очередная ложь, к которой Маринетт уже настолько привыкла, что больше не чувствовала себя некомфортно, говоря кому-то неправду. Конечно, никакого ночного вдохновения не было. Просто ее стабильные рыдания по ночам и ранние подъемы ради того, чтобы сделать домашнее задание, давали о себе знать.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да уж, это вдохновение тебя убьет.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Тебе, кстати, не жарко, Мари? — вклинился в разговор Нино.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Дюпен-Чен захотелось их всех проклясть за излишнюю глазастость.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Все хорошо, Нино. — Она натянуто улыбнулась.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Нино пожал плечами.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт сидела в свитере, несмотря на теплый сентябрь, и ей действительно было довольно жарко. Проблема была в том, что она специально надела свитер, чтобы насолить самой себе, потому что ее ненависть к себе была такой же необъятной, как любовь к Нуару, и такой же постоянной, как глубокое чувство вины.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Иногда Маринетт действительно боялась сама себя.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Она не только занималась непосредственно самоповреждением, но и держала окно в комнате закрытым, чтобы задыхаться в духоте; носила теплую одежду; временами сильно переедала, запихивая в себя полхолодильника, назло себе; не пила таблетки от тошноты или головной боли, чтобы сильнее мучиться. И все это происходило само по себе, словно на автомате, она не думала над тем, чтобы причинить себе вред, но понимала, зачем делает те или иные вещи уже в процессе. И, конечно, не пресекала подобные перформансы.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт спустилась в комнату через окно балкона. Она чувствувовала себя выдохшейся, словно пробежала несколько тысяч километров не останавливаясь. Ноги казались ей ватными, сердце громко стучало в груди, ускоряясь с каждой секундой, в ушах стоял непонятный шум, словно от старого телевизора, и она знала, что это значит.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Страх сковывал медленно, просачиваясь в каждую жилку ее тела, в каждую клеточку мозга; он сжимал легкие железными прутьями, не давая шанса вдохнуть полной грудью; туманил разум, оставляя лишь одну мысль: «Я сейчас умру. Умру. Умру. Умру. Сердце остановится».","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт осела на пол, держась руками за предплечья, хватая ртом воздух. Где-то на периферии сознания она улавливала мельтешащую перед глазами Тикки, которая что-то говорила ей, но из-за стука крови в ушах девушка ничего не слышала. Сердце набирало темп, стуча все быстрее и быстрее, и Маринетт рефлекторно схватилась за грудь, боясь, что оно лопнет внутри.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Весь мир сузился до черной линии от ручки на ее штанине, которую Маринетт случайно сделала на уроке. Девушка пыталась считать от одного до пяти и обратно, чтобы прийти в себя, но постоянно сбивалась, зажмуривалась, трясясь от паники. В конце концов она просто решила ждать, когда ее отпустит.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт даже не знала, почему панические атаки преследовали ее. Тревога часто возникала из ниоткуда или при мыслях о Нуаре, но Дюпен-Чен никогда не могла предугадать, когда это перерастет в паническую атаку. Пару раз это начиналось в коллеже, но она успевала добежать до туалета и пережидать паническую атаку там, а после врала Алье, что ее тошнило.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт никому не рассказывала о том, что с ней происходит: знала, что все будут сильно переживать за нее. Но у родителей сейчас было много дел в пекарне, и девушка не хотела отвлекать ненужными тревогами, а друзья в любом случае не смогли бы исправить ничего, поэтому Маринетт не говорила и им. К тому же она понимала, что панические атаки наверняка связаны с ее главным страхом — что Нуар и есть Адриан — и что постоянный стресс на фоне переживаний стал причиной их появления.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Но все это пустяки. Маринетт справится. Другого выбора у нее нет.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Постепенно страх слабел, отступая; сознание прояснялось, шум в ушах исчезал, и ритм сердца приходил в норму. Маринетт устало протерла лицо руками и с удивлением заметила мокрые дорожки от слез на щеках; пальцы все еще мелко подрагивали. Девушка встала с пола и медленно двинулась по направлению к кровати. Сил не было. Она упала на мягкий матрас и закрыла глаза в надежде побыстрее уснуть.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Как твой день? — спросила Маринетт у Кота Нуара, когда они разговаривали по телефону.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Обычно, — ответил голос из динамика. — Завтрак был невкусный, в коллеже все как всегда. Друзья веселятся, пока я стараюсь просто успевать за тем, что происходит. А ты как?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Нормально. Все правда хорошо. Обычно, конечно, но хорошо.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт врала. Ничего не было хорошо. Тревога жрала ее каждую секунду этого дня, пальцы подрагивали, ее беспрестанно тошнило, а люди раздражали своей навязчивостью. Но, разговаривая с Нуаром, девушка всегда замечала, что постепенно успокаивалась. Кот Нуар, несмотря на то что был причиной ее тяжелого состояния, одновременно помогал ей справляться с ним, как бы парадоксально это ни звучало. С парнем вина на Маринетт накатывала еще сильнее, чем всегда. Но, слыша его теплый голос или видя его красивые зеленые глаза, Дюпен-Чен чувствовала странное облегчение, и где-то глубоко внутри как будто становилось чуть проще. Нуар и топил ее, и спасал.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Хотя, конечно, сложно говорить, что именно Кот был причиной недугов и беспокойных мыслей Маринетт. На самом деле именно она сама создала себе проблемы, ведь это она приняла решение рассказать Нуару правду о Монархе. Отсюда и росли все корни бед обоих супергероев; если бы Маринетт решила держать язык за зубами, все было бы не так и, может быть, было бы лучше. Но дело сделано, и теперь оставалось жить с последствиями.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я люблю тебя, — проговорил на прощание Кот Нуар. — Ты единственное, что держит меня на этой земле, если быть честным.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"У Маринетт защемило сердце.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Как он может так думать? Ведь она виновата и перед ним, и перед покойным Габриэлем, которому обещала ни за что не рассказывать Адриану о его деятельности, так виновата; она сломала Адриана, а он продолжает ее любить и жить ради нее. У Маринетт в голове это не укладывалось.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я тоже тебя люблю, Котенок, — прошептала девушка со слезами на глазах и комом в горле. — Очень-очень сильно. Ты даже не представляешь.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"А в голове лишь: «Прости меня, прости, прости, прости...»","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":1,"mode":"normal","style":"","text":"III","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":1,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Стоя у края,","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Знаешь, если нет спасения, поверю в тебя.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"И больше никаких сомнений, стоя у края,","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Как на ощупь в темноте, я поверю тебе,","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"Я поверю в тебя.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":2,"mode":"normal","style":"","text":"(«у края» шары)","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"right","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":2,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан наблюдал, как кровь сочилась из порезов, как она капельками стекала по коже, падая на пол ванной комнаты. Это его успокаивало. Он больше не орудовал лезвием, а просто ждал, когда кровь перестанет течь. Отчего-то сегодня ему не хотелось останавливать ее салфетками; хотелось просто отдаться моменту и ощутить наконец головокружительное, сладостное опустошение внутри, не обремененное негативными эмоциями. Он любил это ощущение в первые часы после акта селфхарма, оно давало ему передышку, восстанавливало силы и облегчало состояние; на эти часы Адриан всегда словно забывал обо всех переживаниях, они казались ему несущественными, а чувства, которые он испытывал изо дня в день, — нереальными.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Ему было плохо. Он не мог описать это другими словами, не мог подобрать нужных эпитетов, чтобы объяснить свое состояние; Адриану просто было плохо. Каждый день он чувствовал одно и то же, и все дни сливались в сплошной ком, который тянулся, как тесто, но никогда не кончался.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Все, чего Адриан хотел бы сейчас, — это услышать родной голос Ледибаг в трубке телефона. Он хотел бы, чтоб она ему позвонила, спросила, как он, и он бы ответил, что все плохо, что он жаждет встречи с ней, и они немедленно бы увиделись... Но этого не произошло бы, потому что время было учебное (Адриан решил не ходить сегодня в коллеж), и его Леди наверняка сейчас сидела за партой, и она не собиралась ему звонить. И в целом Адриан не обижался, понимая, что у Ледибаг есть и другие дела в жизни, но ему было так одиноко, что внутри него все ныло и разрывалось, и он отчаянно хотел увидеться с ней, вдохнуть запах ее карамельных духов, обнять холодный, но привычный спандекс, поцеловать изящные костяшки пальчиков, а потом перейти на сладкие губы и забыться в ней. Он хотел разговаривать о фильмах и песнях, о чем-то незначительном, но таком значимом для него, и чувствовать, как она спасает его одним своим присутствием, одним звуком голоса и легкими небрежными движениями рук.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Но все, что он мог, — это сидеть в ванной комнате и наблюдать за тем, как кровь каплями засыхала на кафельном полу.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я худший парень из всех возможных, — прошептал Кот Нуар, раскаиваясь.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Они встретились вечером, как обычно, но Ледибаг опоздала, и Кот успел накрутить себя настолько, что начал верить, что она совсем не придет. И, когда она появилась, такая статная и легкая в своих прекрасных движениях, Нуар, вместо того чтобы поприветствовать любимую как следует, просто разрыдался, как маленький ребенок. И его Леди — все еще его Леди, несмотря на подобные непростительные, по мнению парня, выходки, — лишь положила голову Кота себе на колени.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Неправда. — Ледибаг ласково перебирала волосы на его лбу. — Ты просто сломался. И это нормально, Котенок. Все мы иногда ломаемся. Главное, в конце концов починиться.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я не уверен, что когда-нибудь смогу. — Слезы катились по его щекам, шепот слов дрожал, а глаза были закрыты, будто Кот не хотел встречаться с реальностью, о которой они говорили.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ты сможешь, я в этом уверена, — твердо сказала Ледибаг и поцеловала Нуара в лоб. — Тебе нужно немного времени и любви.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он ничего не ответил. Просто надеялся, что она права.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Сердце Ледибаг изнывало. Ей самой хотелось разрыдаться, видя несчастье Кота — которое она сама и создала, — но не могла себе этого позволить. Она старалась успокоить его всеми силами, чувствуя, что скоро не выдержит и тоже сломается. Вина обуревала ее, а чувство сострадания кололо больное, израненное сердце, и девушку разрывало на части от переполнявших чувств.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Все будет хорошо, — шептала Ледибаг, надеясь, что сама сможет поверить в это. — Все обязательно будет хорошо.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт закрыла глаза и медленно выдохнула. Она откинулась на стену позади себя. В голове в кои-то веки было бесшумно. Девушка провела подушечками пальцев по только что сделанным порезам, кровь на которых уже успела засохнуть. Боль пульсировала, разливаясь по бедрам, и Маринетт чувствовала облегчение.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Дюпен-Чен встала, надела черные спортивные штаны (в случае если кровь снова пойдет и впитается в ткань, то ничего не будет видно) и подошла к столу, приводя вещи на нем в порядок. К ней должен был прийти Адриан, чтобы позаниматься химией, так как Маринетт сильно отставала от класса, и это, с одной стороны, ее радовало, но с другой — огорчало. Радовало, потому что это был ее шанс отвлечься от насущных бед; печалило, потому что она толком не понимала, как вести себя в компании Агреста, зная, что он и есть Кот Нуар (гипотетически). Она должна была быть ему подругой, а не любимой девушкой, разрушившей его.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Мысли, ворохом пролетавшие в голове Маринетт, прервал звук открывающегося люка. Девушка тут же обернулась и увидела входившего к ней Адриана. Он лучезарно улыбнулся ей, но Маринетт ясно видела, что эта белоснежная улыбка — просто модельная отточенная привычка. Это подпитывало ее уверенность в собственных догадках.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Привет, Маринетт. — Парень подошел к столу, рядом с которым стояла девушка. — Ну что, готова немного поучиться в воскресенье?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Конечно, мы же тут для этого и собрались, — улыбнулась Маринетт.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Они усердно решали задачки, делали домашнее задание, повторяли материал; Адриан спокойно объяснял темные для Дюпен-Чен места, отвечал на ее вопросы. Несколько часов, проведенных за учебниками и тетрадями, были действительно плодотворными. После работы они решили поиграть в видеоигры; Маринетт побеждала чаще, чем Агрест моргал, парень недовольно ворчал, и они смеялись.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Это нечестно. Ты использешь чит-коды, я уверен, — притворно обиженно проговорил Адриан.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Это просто опыт и мастерство, — подмигнула Маринетт.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ну да, ну да, — закатил он глаза. — Ты пойдешь на Хеллоуинский бал, который устраивает коллеж? — спросил парень. — Говорят, Нино будет диджеем.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ммм, я не знаю, если честно. — Маринетт задумалась. Кот Нуар наверняка захочет встретиться с ней вечером, и кто она такая, чтобы ему отказать? Тем более, что она сама любит его бесконечно сильно и сама бы не прочь с ним встретиться. Что ей эта вечеринка? Лучше она постарается в очередной раз утешить Кота и облегчить его состояние.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я вот не думаю, что пойду. Нино меня все уговаривает, но как-то желания нет. Даже несмотря на то что это будет первый Хеллоуин, который я смогу провести вне дома, — Адриан печально улыбнулся; у Маринетт дрогнуло сердце.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ты не обязан делать то, чего не хочешь, — мягко сказала она, — даже если все вокруг этого хотят.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Парень посмотрел на нее каким-то прозрачным, искренним взглядом.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Спасибо, Маринетт.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Они сыграли еще несколько раундов. Адриан выиграл один раз, но быстро понял, что соперница поддавалась ему, и пожурил ее за это. В какой-то момент отец Маринетт принес им целую тарелку круассанов и какао, и они решили сделать перерыв. Поедая первые кусочки, Маринетт и Адриан сидели в приятной тишине.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Как ты думаешь, — осторожно начал Агрест, и Дюпен-Чен вмиг поняла, что он собирается спросить что-то важное, — как понять, что человеку можно открыть самую главную свою тайну?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт напряглась.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Наверное, если человек никогда не подавал поводов ему не доверять, — так же осторожно ответила она, понимая, что речь скорее всего идет про ее альтер-эго.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Адриан задумчиво смотрел на нее.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— А как я могу понять, что меня не отвергнут?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Маринетт захотелось заплакать.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ты просто должен очень, очень сильно доверять человеку. Если он тебя по-настоящему любит, он никогда тебя не отвергнет, поверь.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Девушка вспомнила, как плохо обращалась с Котом Нуаром после Кота Блана и как сильно была удивлена, когда он поддержал ее после потери камней чудес, а не осудил. Сама бы она вряд ли имела подобный запас терпения и любви, чтобы спокойно отреагировать на такой провал. Только тогда Ледибаг осознала, какой безграничной любовью Кот Нуар награждает ее постоянно, как сильно он ее любит и что он готов на все ради нее, простой девочки, совершающей ошибки. Только тогда Маринетт наконец решила принять правду и признаться самой себе в чувствах к напарнику, которые она старалась прятать за угасающей влюбленностью в Адриана. Переломный момент в их супергеройской карьере не только не сломил ни одного из них, но и подарил нечто более важное — осознание любви друг к другу и ценности своего напарника как единственного человека в этом мире, кому можно доверить все. И сейчас Маринетт ни капли не сомневается в том, что Нуар любит ее больше собственной жизни. Как и она его. Они могут доверить друг другу все, зная, что не будут осуждены. По крайней мере Маринетт так казалось до этого момента.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Но что за страшный секрет может хранить Адриан?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"***","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"center","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Кот Нуар сегодня был задумчив и молчалив. Он как всегда поприветствовал Ледибаг поцелуем, но на разговор шел неохотно, отвечая на вопросы односложно, так что Ледибаг в итоге перестала расспрашивать его и просто села на край крыши, касаясь своим плечом его.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Сама супергероиня тоже была невесела после вчерашнего разговора с Агрестом. Если ее догадки верны, то получается, что Кот Нуар боится доверить ей что-то важное, и это ее уязвляло. Ей казалось, они делились всем, что было у них на душе. Однако, если так подумать, она сама не рассказывала о многом. Но здесь другое дело — она боялась ранить его еще сильнее, зная, что он неправильно примет ее самоповреждения и вину, ведь как Адриан и как Кот Нуар он все еще был одним из самых светлых людей на планете, который не мог терпеть боль своих близких. Так что Ледибаг просто игнорировала эти факты собственной жизни.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Моя Леди, — тихо проговорил Кот Нуар. Его брови были нахмурены, а сердце грохотало так громко, что, казалось, его слышит весь город.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Да? — отозвалась Ледибаг, не поворачиваясь к нему.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Что бы ты сказала, если бы мой отец был Монархом?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Каждая секунда молчания сводила Нуара с ума. Что если Ледибаг его бросит? Разозлится? Обвинит в том, что он был настолько слеп? Заберет талисман? Она молчала так долго, что парень почти накрутил себя до нервного срыва. Смотреть ей в лицо было сродни пытке, но Кот Нуар медленно повернул голову.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Сначала он заметил несколько капель, упавших ей на колени, затем поднял взгляд на ее лицо и увидел, как слезы катились по щекам одна за другой, разбиваясь о ее ноги.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Я бы сказала, что мне очень жаль, Котенок, — с сожалением и искренним раскаянием прошептала Ледибаг. — А потом добавила бы, что ты не виноват. Ни в чем не виноват.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Кот Нуар ожидал чего угодно, кроме ее слез и таких простых, но невероятно нужных ему слов. Он не виноват. Может, когда-нибудь он действительно к этому придет. Если его Леди будет рядом.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"И наконец он осознал, что она переживает за него, что она не злится на него за слабость и что она наверняка все знает. И ей больно. Больно так же, как ему.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Она любит его. По-настоящему.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Он притянул Ледибаг к себе и крепко сжал в объятиях. Слезы сами потекли по его щекам от облегчения, что он признался хоть кому-то в том, что уничтожало его все это время, и что его не отвергли.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Мы справимся с этим, — прошептал Кот Нуар. — Вместе.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ты и я против всего мира, которому я солгала?","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""},{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"— Ты и я против всего мира, моя Леди.","type":"text","version":1}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""}],"direction":"ltr","format":"","indent":0,"type":"root","version":1}}